|Апокриф |2018 |2017 |2016 |2015 |2014 |2013 |2012 |2011 |2010 |2009 |2008 |2007 |2006 |2005 |2004 |2003 |2002 |2001 |2000 |1999 |1998 |1997 |1996 |1995 |1994 |1993 |1992 |1991 |1990 |1989 |1988 |1987 |1986 |1985|

О СашБаше, Кинчеве, себе, жизни

 

Журнал <Забриски Rider> № 5/1998 г.

Святослав Задерий

 

 

Впервые с Костей Кинчевым мы познакомились в мужском туалете Ленинградского рок-клуба. Панкер представил его как своего знакомого из Москвы. Он был симпатичным, с пронзительными угольно-черными глазами, с челочкой, ниспадающей на лоб... Второй раз он возник уже тогда, когда Панкер мне сказал про него: < Костя поет хорошие песни... Так вот, - говорит, - не мог бы ты помочь ему записаться?> . <Ну, - говорю, - наше дело: пыхнул и вперед>. Бог придал нам силы. Панкер согласился на все условия. Мы встретились с Костей во второй раз уже у церкви... не помню названия - та, что у Летнего сада. Там Панкер работал в театральном институте звукооператором - и он привел нас в свой театральный институт. Пришел Заблудовский Андрюша, Балашов - <секретовцы>. Сели. Мне Костя пропел свои песни... Наметили приблизительные аранжировки. Да они сами великолепные музыканты, мгновенно схватили все. Записали первую песню - <Доктор Франкенштейн>, потом туда-сюда ... и получилось так, что вошли мы в студию в два часа дня, а вышли в два часа ночи уже со сведенным альбомом. В общем, было замечательно. Потом мы решили назвать этот альбом <Нервная ночь>. А так как Костя меня постоянно <подлечивал> (от Франкенштейна и перешло к нему то... некоторое состояние - докторское), так он стал Доктором. Был 84-й год.

 

Состав <Алисы> сложился тогда, когда моя группа <Хрустальный шар> ...разошлась.  У меня группа без основного гитариста (он женился и уехал) несколько растеклась. Ко мне подошел Паша (Кондратенко) на заседании рок-клуба и, как человек деловой, предложил объединиться. Представил мне Шаталина. А Шаталина я уже до этого видел - он играл в группе <Демокритов колодец>, им самим созданной, и когда я от Паши узнал, что человек, приехавший из Красноярска, умудрился создать здесь группу, написать для нее сам тексты, музыку... Шаталин был такой - Железный Дровосек - совершенно спокойный, очаровательный мужчина. Он мне импонировал больше всех в этой группе... И было видно, что от Шаталина  там основная энергия и идет, несмотря на то, что он сам по себе очень скромный и спокойный. Мы с ним собрались и поработали. Ситуация была такая: Шаталин любил <бостон>, хард-рок, Паша  - более мягкую музыку, я увлекался психоделическими сложными штуками, поэтому сначала произошла несостыковка.  Но потом я их уговорил... с помощью алкоголя, места и аппаратуры: < Ребята, почему бы нам не сойти с ума и начать изначально с хаоса?>. И вот первое выступление <Алисы> в корабельном институте на танцах для студентов. Мы выскочили на сцену с криком <Ха-а!>, ударили по струнам, публика обернулась... и побежала. Бегом! Вся! Не сговариваясь! Мне пришлось в микрофон кричать :>Ребята, стойте, мы, собственно говоря, ничего против вас не имеем...>. Остановились они метрах в десяти - стоят, на сцену поглядывают. Ну, вернулись они обратно, послушали все, потом даже начали танцевать...

Мы искали вокалиста - поскольку я прыгал с гитарой и часто попадал мимо микрофона, то есть не успевал кувыркаться и одновременно петь... ситуация клоунская... И когда Панкер познакомил нас  с Костей, я предложил ему это. Тот согласился: < Давайте, помогу, мне нравятся ваши песни>. Но я говорю: < Нет, у тебя же достаточно сложная своя психоделическая позиция, хорошая программа>. Тем более - я не поэт, я занимаюсь другими делами.  Поэтому мы сделали программу целиком на его стихи... Сделали классную программу.

Мы не несли политических идей. Пожалуй, мы просто несли идею правды - а правда сама по себе политична...потому  что, как говорят политики, <лучше вовремя смолчать, чем класть голову на плаху>, По молодежным газетам, говорят, тогда распространялись списки запрещенных групп - тех,  которые нельзя упоминать в статьях в положительном смысле. Числилась в тех списках и <Алиса>...  Потому что идея жизни - она всегда запрещена идеей болота.

...Костя пригласил меня в Москву. Я в Москве никогда не был.., так что смотрел на нее с этаким питерским шовинизмом: ну-ну, Доктор, показывай свою белокаменную... Выходим на Красную площадь. <Это что, - говорю, и есть Красная площадь? ... А почему она такая горбатая? На фотографиях она прямая...>. Доктор обиделся: <Ну уж какая есть!>. <А не слабо бы нам, Доктор, сыграть концертик на Лобном месте?> - <Не-ет, не выйдет, отвечает он, - тут ментов полно, за 15 метров не подойдешь>.

Ну, ладно. Как-то раз засиделись мы с ним в гостях тогдашнего редактора журнала <Экран>. Ушли в половине пятого утра. А к старой костиной квартире нужно было идти как раз через Красную площадь. Ранее утро, ни одного мента поблизости, а на Лобном месте сидит компания каких-то венесуэльцев с гитарами. Были они какой-то коммунистической делегацией. <А дайте-ка нам гитарки>, - попросили мы у них. Дали. Сыграли мы с Костей по песенке на Лобном месте.  Как и планировали. Венесуэльцам понравилось, хотя они ничего не поняли. <О-о-о!> - залопотали они.

Ладно. Подходим к Мавзолею. Спрашиваю: <Ты был в Мавзолее?> <Нет, не был>. <А не слабо бы нам сейчас зайти в Мавзолей?> - <Ну что, пошли>. Костя только ногу занес над ограждением - как начали бить куранты. Шесть часов. Костя подумал-подумал и говорит: < Не, не пойдем. Примета нехорошая: шесть часов бьет, и тут еще к Ленину идти...>

Я понимаю, что этот вопрос все равно мне зададут, как задают его всякий раз, когда мне приходится давать интервью.

- Но все-таки почему вы разошлись с Костей?

Я отвечаю по возможности кратко: < В результате творческого несогласия. Подчеркиваю - творческого>.

Или еще спрашивают в категоричной форме : <Что между вами произошло?> - <Между нами ничего не произошло. Он был и остается моим старшим братом. Просто у каждого вокзала оказалась своя дорога>.

© Константин Кинчев. При использовании материалов ссылка на www.alisa.net обязательна.