|Апокриф |2018 |2017 |2016 |2015 |2014 |2013 |2012 |2011 |2010 |2009 |2008 |2007 |2006 |2005 |2004 |2003 |2002 |2001 |2000 |1999 |1998 |1997 |1996 |1995 |1994 |1993 |1992 |1991 |1990 |1989 |1988 |1987 |1986 |1985|

Рок-фестиваль на Алтае
Обычно о подобного рода мероприятиях мы узнаем из центральных газет и телепередач. Но на этот раз удалось стать очевидцами. Речь идет о грандиозном рок-фестивале, проходившем 4-11 июля на реке Катунь в Горном Алтае. А чем, собственно, определяется грандиозность российских рок-фестивалей образца 1999 года? Прежде всего, участием монстров отечественного рока, каковые и были в изобилии представлены на Катуни. Для полноты картины не хватало лишь ДДТ с Ю.Шевчуком, но не думается, что их присутствие радикально повлияло бы на общее впечатление, оставшееся от фестиваля.

Итак, в июле в Горном Алтае собрались БГ с обновленным "Аквариумом", К.Кинчев с неизменной "Алисой", В.Бутусов в сольном варианте (поскольку "Наутилус" уж несколько лет как прекратил свое существование), а также "легенды русского рока" рангом пониже - АВИА, "Пикник", "Крематорий", "Калинов мост", "Чайф". Была обильно представлена и вторая волна - "Чиж и Сш", "Ва-Банкъ", "Tequilajazzz". При этом в каждом концерте фестиваля - а их было шесть - обязательно участвовала команда, представлявшая сибирскую музыку (из Новосибирска, Барнаула и Томска). Таким образом, перед зрителем предстала широчайшая панорама отечественной рок-музыки, охватывающая пространство от Москвы до самых до окраин. Уникальная возможность сделать далеко идущие выводы на тему "Судьба русского рока: прошлое и настоящее".

В томских СМИ уже мелькали сообщения о фестивале на Катуни, но все они, как правило, демонстрировали обывательский взгляд на вещи, не претендующий на анализ собственно музыкальной стороны дела. А между тем именно культурно-музыкальный комментарий кажется нам наиболее интересным.

Фестиваль на Алтае лишний раз убедил нас в том, что рок-н-ролл мертв. Но ведь это и не было ни для кого секретом. К концу 90-х годов рок-музыка лишилась своей идеологической базы и навсегда потеряла лицо. Помните гордую фразу, звучавшую в свое время из уст почти всех отечественных рок-музыкантов: "Рок - это не просто музыка, а образ жизни". Самое печальное, что так оно и было. За несколько десятилетий своего существования "рок" полностью переместился в сферу образа жизни, окончательно развязавшись с музыкой. Уже давно котлеты и мухи - отдельно. Музыка стала предметом коммерческих интересов исполнителей, образ жизни растворился в безошибочно узнаваемой манере поведения многочисленных девочек и мальчиков, для которых в любом уважающем себя киоске звукозаписи готов арсенал для грамотного тусовщика - от фенечек до маечек. Так было и на Катуни: безбилетные любители-фанаты, увешанные и унизанные бирюльками - знаками принадлежности к общности, и охраняемые ОМОНом солидные, располневшие кумиры, в джипах провозимые к сцене. Ничего особенного, все как везде, и вряд ли это интересно.

Интересно другое: каким образом эта ситуация отражается на качестве музыкальной продукции, которую нам теперь предлагают на всевозможных фестивалях и концертах с ярлыком "рок"?

Для всех прославленных, выступавших на Катуни, эра честного самовыражения в музыке осталась далеко позади - все это понимают. Поэтому единственным настроением, оправдывающим их появление на сцене, становится ностальгия - память о молодости, о том, что давно прошло, но может вернуться здесь и сейчас, в тот момент, когда затаивший дыхание зритель по первому же аккорду узнает любимую когда-то песню. Расчет на моментальное узнавание в таком случае оправдывает себя немедленной реакцией зала, который начинает подпевать и подтанцовывать в расслабляющей иллюзии всеобщего братского единения. Этот расчет и обнаружился сразу у всех выступающих.

Программа каждого концерта строилась на старых вещах, знакомых всем давно и дословно. При этом качественного обновления исходного материала ни у кого не происходит. БГ теперь активно использует электронику, Бутусов исполняет репертуар "Нау" в акустике, "Алиса" мутирует в сторону примитивного хард-рока - положения это не спасает. Из этой музыки совершенно ушло живое творчество, которое только и могло придать старым вещам новое звучание. В итоге - небрежная настройка "Аквариума" на глазах у зрителя (один час вместо пяти, необходимых для такого количества инструментов, как у БГ), похмельный Бутусов, все время забывающий последовательность песен и текстов, автоматические жесты Кинчева...

Кинчев вообще может служить ярким образцом того, как драйв поглощается ремеслом. Во время выступления "Алисы" зритель видит тяжелую работу, совершаемую перед ним на сцене. Спору нет, работает Кинчев профессионально, без дураков, но нет здесь больше былой харизматической легкости, а только тяжесть физического труда не совсем молодого уже человека. А тут еще тексты песен, оставляющие двойственное впечатление: когда поется про "мое поколение", хочется уже посчитать, какое из поколений, представители которых сидят в зале, действительно для Кинчева "его". Не говоря уже про сильный крен в своеобразно понимаемое православие, когда строка "мы - православные" соседствует с рефреном "йе-е-е". Что это? Конъюнктура? Как обычно - "мы вместе"?

На этом удручающем фоне неожиданно удивил питерский "Пикник", в первые ряды отечественного рока никогда особо не выдвигавшийся. Тоже ностальгия, тоже хорошо знакомые вещи - но при этом никаких дешевых заигрываний с залом, никакой небрежности, максимум достоинства и - как это ни странно - живой, настоящий драйв. На фестивале было немного команд с таким качественным звуком. Концертный звук "Пикника" существенно отличается от студийного, поэтому в знакомые вещи приходится специально вслушиваться - они вроде бы те же самые и одновременно совсем другие. Стройный, необыкновенно сбалансированный и мягкий саунд ("бархатный", как потом определили его в кулуарах фестиваля) обладает в то же время мощью и плотностью. Реакция зала была закономерной: "Пикник" бисировали трижды, притом что танцы в зале не переходили в стадию массового братания с последующим выяснением отношений, как случилось затем на концерте "Алисы". Из "стариков" "Пикник" был, пожалуй, самым светлым пятном фестиваля.

Другая категория наших исполнителей проявила себя уже в то время, когда рок-музыка возымела эффект не только моральный, но и коммерческий. К ним можно отнести "Ва-банкъ", "Чижа и Сш", еще кое-кого из участников фестиваля. По отношению к ним о музыке говорить уже просто не приходится. Здесь все определяет трезвый материальный расчет - перед нами самая настоящая музыка для широких масс, чей вкус непритязателен, а потребности - примитивны. При этом способность удовлетворять запросы массового потребителя у того же "Чижа" воистину гениальна. Как говорили, опять же в кулуарах, "Чиж и Сш" у нас на данный момент - самая концептуальная музыка, поскольку ориентирована на концепцию коммерческой успешности. Эти ребята подчеркнуто демократичны, доступны, открыты. У них нет ни единой ноты, которую можно было бы не узнать, - ничего своего принципиально.

Все, что звучит, - уже обязательно у кого-то было. Вариант беспроигрышный - слушателю не надо специально напрягаться. По этому поводу можно вспомнить слова писателя, для которого места, где проходил фестиваль, были родными. "Мода - это способность человека, не задумываясь, сделать так, как сделали уже другие" (В.Шукшин). В этом смысле "Чиж и Сш", безусловно, были самой модной группой фестиваля.

То же относится и к "Ва-банку". Непонятно, правда, почему А.Скляр так настойчиво аттестует свою музыку как экстремальную. По сравнению с тем, что считается экстремальным на Западе, распевки "Ва-банка" - просто колыбельные для московской публики (последняя, кстати, присутствовала на фестивале в большом количестве, выполняя заодно функцию группы поддержки). Во всем этом многословном песнопении, исполняемом поочередно Скляром, Чиграковым, Шахриным и др., есть неистребимый кабацкий привкус, который неотвратимо сближает наследников выдохшегося отечественного рока с деятелями поп-сцены. Границы здесь практически уже нет, просто в "рок" попадают более амбициозные и талантливые.

Значит ли все это, что у рок-музыки нет будущего? Ответ все-таки неоднозначен. С уходом монстров, которые начинали еще в конце 70-х годов (а уход рано или поздно произойдет), русский рок закончится. Те, кто моложе, вольются, очевидно, в стройные ряды попсовиков, сформировав их идейный (в музыкальном отношении) авангард. А что же станет с музыкой? Поскольку алтайский фестиваль был, как мы уже сказали, всеобъемлющим, то и музыке как таковой здесь тоже нашлось место.

Наиболее интересными (из раскрученных) на фестивале, безусловно, были "Tequilajazzz" из Питера. Это действительно попытка делать музыку, не ориентированную на "рок", что, кстати, неоднократно отмечал лидер группы Е.Федоров в своих интервью. На фестивале "Tequila" продемонстрировала оригинальный саунд, богатство музыкальных идей (по отечественным меркам), умение работать со звуком на уровне современных представлений о технике звукоизвлечения. В "Tequilе" не все можно безоговорочно принять, но их интересно слушать - а это главное.

Приблизительно в соответствии со столичными раскладами создалась ситуация и в сибирской рок-музыке. Из ориентированных на традицию команд самое приятное впечатление производил хорошо знакомый томской публике "Черный Лукич" из Новосибирска. На фестивале "Лукичи" выступали в расширенном составе, но с небольшой программой. По-прежнему обаятельный Д.Кузьмин, гитарист-универсал Е.Каргополов, честный драйв - все как в лучшие годы.

Ну и, наконец, нельзя не упомянуть о томской музартели "Будни лепрозория". Они остались не вполне довольны своим выступлением на фестивале, но тем не менее их небольшой по времени программы оказалось достаточно, чтобы вызвать в народе столь ценимое музыкантами сомнение. На Катуни было много меломанов, приехавших из Кемерова, Новосибирска, Барнаула, где музартель неоднократно выступала еще в старом составе, с "живыми" барабанами. Основное новшество (появление драм-машины) всеми было воспринято как движение вперед, как удачная находка, позволившая "Будням" наконец выразить свои оригинальные идеи наиболее адекватным способом.

В уже не раз помянутых кулуарах развернулись активные поиски аналогов "лепрозорскому" стилю, назывались даже какие-то загадочные западные группы. В целом общее мнение было единодушным: у нас в стране "Будни" - одни из немногих, делающих настоящую современную музыку. Музартели предложили участвовать в проекте "Новая культура Сибири", финансируемом фондом Сороса. Несколько радиостанций изъявили желание получить записи новой программы "Будней". Одним словом, для музыкантов из Томска наметились новые перспективы. Хочется думать, что это перспективы не только для "Будней лепрозория", но и для всей альтернативной музыки, освобождающейся постепенно от узких рамок традиционного и открывающей для себя новые горизонты.

Июль 1999 г. Лев СТИП (участник фестиваля).

© Константин Кинчев. При использовании материалов ссылка на www.alisa.net обязательна.