ИНФОРМАЦИЯДИСКОГРАФИЯ ФОТОАЛЬБОМ ИСТОРИЯ ПРЕССА АРМИЯ АЛИСА ВПЕЧАТЛЕНИЯ ФОРУМ ВОПРОСЫ БЕСЕДКА
|Апокриф |2016 |2015 |2014 |2013 |2012 |2011 |2010 |2009 |2008 |2007 |2006 |2005 |2004 |2003 |2002 |2001 |2000 |1999 |1998 |1997 |1996 |1995 |1994 |1993 |1992 |1991 |1990 |1989 |1988 |1987 |1986 |1985|

ВЗГЛЯД ИЗ ЦЕРКВИ НА АЛИСУ

Сегодня в нашу церковь приходят двумя путями.
Одни люди приходят потому, что искали истину. Они искали Небо, а войдя в Церковь, кроме неба обрели еще и землю - почву под ногами. Они искали истину, а нашли свою родину. До крещения история и культура России казалась им (и мне) скопищем несуразностей и ошибок. Но принятие Евангелия дало возможность стать единомысленным с Андреем Рублевым и Достоевским...
А есть люди, для которых первична не философия, а боль за свою Родину. Они болеют за страну, мучаясь все время вопросами - кто мы такие, откуда, зачем? И однажды они начинают понимать, что невозможно ответить на эти вопросы, не разобравшись, что же такое православие. В поисках земли они обретают Небо.
Но встречаемся все мы в одном месте - в храме. И вместе можем сказав о себе словами кинчевской Трассы Е-95 : Я иду по своей земле к Небу, которым живу .
Наша вера предполагает, что нам интереснее безнадежные дела. Зачем занимался тем, что и так будет иметь успех? Мы беремся только за то, что обречено. И, случается, побеждаем. А Вы еще спрашиваете, почему православие в основе своей авантюрно! Да, противостоять сегодня радикальному исламу - это такая авантюра: с нашим-то внутренним разбродом, с таким изломанно-перевязанным инструментом! Особенно если учесть, чью войну ведь приходится вести на два фронта. В противостоянии исламскому фундаментализму ведь надо еще предохраниться от зачатия своих православных террористов и инквизиторов. В Русской церкви сегодня немало людей, которые несут в себе семена нашего собственного ваххабизма . Ой, как верно поет Константин Кинчев: Устоять на краю, да не пасть в самосуд, Вот такое дано дело нам .
Песни Кинчева - это протест против потребительства. Материализма. Банального примитивизма. Беспросветный оптимизм - вот их главный враг, я думаю. Разумеется, моя оценка не должна быть глобальной. Я не могу сказать, что русский рок - весь из себя такой хороший, белый и пушистый. Это не так, он очень п стрый. Я вижу по интернетовским дискуссиям: люди нередко цитируют весьма и весьма антихристианские цитаты из каких-то рок-групп. Но если кто-то из писателей - сатанист, из этого было бы поспешно делать, вывод, будто у Церкви конфликт с Союзом писателей.
Рок - это просто средство, форма объяснения человека с человеком о том, что наболело.
В определенном смысле грохочущий рок сродни молчаливой медитации. И там, и там внешний мир как бы отрезан, есть только я и то, думать о чем, переживать что мне сейчас важно. В медитации молчание отрезает человека от внешнего мира. В роке грохот оглушает, то есть делает то же самое: внешнее, обыденное уже не пробивается. Но медитировать , конечно, можно о разном. Сходство техники не означает единства опыта.
Я не думаю, что если положить текст Кинчева на сладенькую мелодию, то он от этого выиграет. Совсем не выиграет. Христианство не должно быть сладеньким . В нем есть место и Божию гневу. А какая музыка лучше, чем рок, способна это выразить?
Вот песня Кинчева об апокалиптических всадниках:

По имени - Рок,
По жизни - Звезда,
По крови - Огонь,
По судьбе - Борозда,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.

На Рыжем коне
Он движется в мир.
Рубцы городов,
Бородавки квартир
Врачует война.
Землю не уберечь,
Не мир он несет, но меч.
По имени - Суд,

По жизни - Обвал,
По крови - Баланс,
По судьбе - Ритуал,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.

Он движется в мир,
Его конь Вороной,
И зоркий дозор
У него за спиной.
Он враг полумер,
Он свидетель конца,
Имеющий меру Отца.
Все, чем дорожит зверинец,
Меч срежет с лица земли.
Так меру вершит Кормилец.

Горькая правда - полынь,
Пока не многим знаком этот вкус.
И только этой горечи болью сродни блюз.

По имени - Свет,
По жизни - Закон,
По крови - Руда,
По судьбе - Перезвон,
По вере - Любовь,
По религии - Крест,
По сути - Опричник Небес.

На Белом коне
В мир движется он,
Победой овеян
Его легион.
Солдат - венценосец.
Спасителя лук он принял
В руки из рук.

Все, чем дорожит зверинец.
Лук перечеркнет стрелой.
Так мир исцелял Кормилец.


Свет Откровения свят.
И тайну не вручишь словам.
Но я все же пою этот блюз ВАМ!

Что я могу сказать? Недогматично, но здорово! Столь же недогматичны были средневековые фрески Страшного Суда. Но свою педагагическую правду они несли. Пробирало.
Но Константин Кинчев не только на тему Апокалипсиса поет. И его фраза о смене тысячелетий, как об улыбке Творца, есть как раз пример замечательного проявления трезвости, не приемлющей всевозможные ужастики по поводу календаря...
Я думаю, что у меня и у Константина Кинчева - при всем нашем возможном разном разновкусии и несогласии в каких-то деталях - есть одна общая боль: нам больно, что в самой Церкви нет умения понимать и терпеть это разнообразие языков.
Как-то, выходя из одного Дома культуры, где была моя лекция, две бабулечки-прихожаночки возмущались: Ну как же можно так в храме говорить! Они забыли, что они не в храме, что это была совсем не приходская проповедь. не всенощное бдение. С другой стороны, я был этому очень рад. Это означает, что я говорил так и о том, что эта бабушка забыла, что она в театре, а не просто стоит у своего подсвечника в церкви. Значит, какая-то церковная атмосфера все же была создана, С другой стороны, поскольку были иные интонации, иные способы контакта с аудиторией, ее это все же резануло по сердцу, вошло в диссонанс с ее привычками.
Я понимаю ее раздражение. Беда в том, что очень многие, не только бабулечки, но и священники, и монахи не понимают необходимости многоязычия в Церкви, многоязычия проповеди...
Светский язык не должен подменять церковного, но и церковный язык не может быть универсальным. Мы не вешаем в храме картины - у нас для этого есть иконы. Но это не означает, что мы должны сжигать картины Джотто или Васнецова. У нас в храмах звучит наша музыка, наши распевы, наш обиход. И немыслимо, чтобы в храме звучал Реквием Моцарта. Но это не означает, что Реквием необходимо запретить исполнять во всех других местах.
И, наверное, имеет право на существование язык обращения к людям через эстрадную музыку. Тем более, что для тех людей, к которым обращается Кинчев, слово священника отнюдь не авторитет. И мой духовник, когда я еще решал, идти в семинарию или остаться в мире светской науки, очень правильно сказал: Иногда бывает, что если светский человек скажет одно доброе слово о Христе, это будет больше значить для людей, чем проповедь священника . В наше время одно доброе слово о Христе, сказанное известным актером или ученым, литератором, одна реплика, одно замечание значат больше, чем проповедь священника. Аргументы, звучащие из наших уст, порой блокируются подозрением в лицемерии: Ты поп. тебе за это деньги платят, рассказывай свои байки, мы потерпим, мы понимаем: человек же бабки себе делает как может ... Но когда человек, от которого никто не ожидал, что он в эту сторону посмотрит добрым глазом, говорит: Вы знаете, лично для меня невозможно жить без Христа, без Православия , - то это заставляет задуматься. И одн а такая фраза в устах Кинчева стоит больше, чем сто моих лекций.
И вообще в нынешнюю пору глобальной макдональдизации все те, кто призывают мыслить, кто прорываются сквозь кольцо штампов, в конце концов оказываются нашими союзниками.
Побывав в конце концов на концерте АЛИСЫ ( Небо славян ) я понял, что рок - действительно мощное средство промывки мозгов, но в данном случае это промывка мозгов от ТВ и рекламы. Надо видеть, как несколько тысяч ребят шепчут (поют, скандируют) вслед за Кинчевым:

След звезды пылит по дорогам,
На душе покой и тихая грусть.
Испокон веков граничит с Богом
Моя Светлая Русь.


В общем, я так скажу: если бы комвласти догадались в семидесятых годах поддержать рок и вместо сладеньких ВИД нашли бы и взрастили группу типа сегодняшней -АЛИСЫ- - мы не проиграли бы холодную войну . Америка нас не обыграла бы.
Да, в конце той песни, что я только что цитировал, Кинчев поет:

Что собирали отцы.
Нас научили беречь.
Вера родной стороны,
Песня, молитва да меч.

Так повелось от корней:
Ратную службу несут
Всяк на своем рубеже
Инок, воин и шут.

Кинчев на сцене - шут. Он сам так себя называет. Но стоит-то он на том же рубеже, что и воины и иноки Руси. Он тоже защищает Русское Православие, Светлую Русь.

Диакон Андрей Кураев

© Константин Кинчев. При использовании материалов ссылка на www.alisa.net обязательна.