ИНФОРМАЦИЯДИСКОГРАФИЯ ФОТОАЛЬБОМ ИСТОРИЯ ПРЕССА АРМИЯ АЛИСА ВПЕЧАТЛЕНИЯ ФОРУМ ВОПРОСЫ БЕСЕДКА
|Апокриф |2016 |2015 |2014 |2013 |2012 |2011 |2010 |2009 |2008 |2007 |2006 |2005 |2004 |2003 |2002 |2001 |2000 |1999 |1998 |1997 |1996 |1995 |1994 |1993 |1992 |1991 |1990 |1989 |1988 |1987 |1986 |1985|

Игорь Романов: "Хотелось бы найти свое лицо в этом гитарном мире"

Совсем недавно вышел очередной альбом питерской группы Алиса. Он полон загадок и метафор, над которыми предлагает слушателям поразмыслить Константин Кинчев. Однако группа Алиса это не только Константин Евгеньевич. Алиса – это большой сплоченный коллектив талантливых и высокопрофессиональных музыкантов. Обычно они остаются в тени, эдакие бойцы невидимого фронта. Мало кто из поклонников признает за каждым из них право на индивидуальность, вспомнить только, сколько нареканий после каждого концерта можно услышать в адрес барабанного соло Андрея Вдовиченко. Незадолго до выхода альбома «Пульс хранителя дверей лабиринта» мы поговорили с гитаристом группы Игорем Романовым. Игорь Евгеньевич талантливый и высокопрофессиональный гитарист, на счету которого работа в группе «Земляне» и много сольных релизов, которые открывают ценителям инструментальной музыки его многогранный талант.

Нашу беседу мы начали с обсуждения последнего, на сегодняшний день, альбома Игоря «Сновидения», который вышел без малого два года назад.

- У меня создалось впечатление, что на «Сновидения» наложило некий отпечаток Ваше присутствие в группе «Алиса». Так ли это и планируется ли запись новых сольных альбомов?

- Несомненно, работа в «Алисе» наложила на какие-то вещи, свой отпечаток, потому что невозможно уйти от группы, в которой ты играешь, кардинально уйти и написать совершенно другое. Но собственно, я к этому и не стремился. Может быть, появились какие-то более тяжелые гитарные рифы. Костя спел там одну песню, но она была написана раньше, мы ее все равно не играем.

- Это, наверное, по большей части, некая «заманка» для слушателей?

- С одной стороны – да, проще было продать альбом, где есть вещи, которые поет Костя. Потому что зачастую говорят, что инструментальная музыка никому не нужна, хотя для меня это странно. Однако так объясняют издатели, когда стараются всячески опустить цену на альбом. Для такой страны это, в общем-то, странно. Говорят, что у инструментальной музыки нет поклонников, но приезжая на мастер-классы Стива Вайя, я видел очередь, которая стояла только на его автограф-сессию. И в зале было полно народу, хотя билеты были жутко дорогие. Поэтому, мне кажется, что интерес есть, просто инструментальную музыку никто не пропагандирует. Проще продать раскрученный бренд или попсовую музыку. Ее крутят по MTV, по Муз-ТВ, инструментальную музыку практически не крутят, поэтому многие люди даже и не знают, что выходят какие-то альбомы с подобными записями. Потом очень удивляются и спрашивают, где их можно купить. Или просят переслать по почте наложенным платежом, а мне рассказывают издатели о том, что такие записи плохо продаются. С другой стороны, лейбл «Бомба-Питер», который издавал альбомы «Ахтунг» (1995) и «Зоофилические фантазии» (1997), сейчас собрался их переиздавать. Хотя, он мне до этого рассказывал, что продажи плохие, тем не менее, подписали договор и сейчас начинается переиздание этих альбомов. Может быть, опять же, это связано с работой в «Алисе», но, тем не менее, сейчас этот договор у нас подписан.

- А планируются новые инструментальные записи?

- Да, конечно. Просто мы сейчас опять начали работу над очередным альбомом. В феврале уже выходит новый, а мы уже начали другой. Я попробую за весну, сделать заготовки, и тогда, будем надеяться, к осени что-то будет готово.

- То есть уже можно его ожидать к осени? Каким вы его видите? Таким же волшебным, как «Сновидения»?

- Как получится.

- Название альбома «Сновидения» было подобрано очень грамотно, диск получился как некий сон, композиция в композицию плавно перетекает…

- Я рассказывал, да что композиция «Сон» мне приснилась. Я проснулся в 4 часа, и мне приснилось, что придумал я чудную мелодию. Причем, сочинил ее не на гитаре, а на фортепиано.

- А какой Ваш любимый альбом из всех записанных?

- Не знаю, сложно сказать, каждый раз что-то новое. Один из любимых – «Угарочки», однако мне жаль, что он плохо издан на CD. У меня даже на кассете он лучше играет. Я его отдавал в Екатеринбург, они сделали какую-то свою обработку звука, и получилось, что он у меня в оригинале звучит лучше, чем они нарезали на диске. Поэтому, по записи, конечно, «Сновидения» лучше, хотя это практически домашняя запись. Потому что только гитары игрались на студии. Барабаны Андрей отдельно писал. Все делалось, в общем-то, на дому, студию практически не использовали. И потом, практически весь альбом, мы делали вдвоем с клавишником. В других альбомах использовали студию, но, скажем так, записи по саунду уже устарели.

- И будущий альбом будет также писаться кусками?

- Да, пока по другому не получается...

- А будут ли вокальные композиции или нет?

- Я не знаю - есть одна мысль. В «Союзе» пел очень классный вокалист, он сейчас работает в каких-то ресторанах. При этом он очень интересный вокалист с сильным голосом. Был такой исполнитель Грэхэм Боннетт, так вот он на него очень похож. Мощный голос, высокий, с хрипотцой, как я люблю. Но как записать? Диск-то, ради него никто не будет покупать, потому что его мало кто знает. Хотя это было бы интересно.

- Как я поняла, помимо гитары Вы еще играете на фортепиано?

- Ну так, влегкую, могу что-то сыграть, потому что у нас и в училище, и в музыкальной школе был общий курс фортепиано.

- Я читала, что вы начинали с игры на баяне…

- Да, на баяне, когда закончил музыкальную школу.

- А как вам училось в музыкальной школе? Многие в детстве учатся с некоторой неохотой.

- С неохотой, естественно. Когда учился первые три класса на скрипке в музыкальной школе, мне это все так надоело. Все идут в футбол играть во двор, а мне надо с нотной папкой и со скрипкой в музыкальную школу ехать. Для меня был самый мучительный день в жизни, когда надо было ехать в музыкальную школу. И тогда родители сказали, зачем мы деньги платим, а ты не ценишь. И я год, наверное, вообще не занимался никакой музыкой, а потом меня потянуло играть на баяне. Я пошел в музыкальный кружок, потом поступил во 2 класс музыкальной школы, с трудом закончил класс по баяну, потому что уже хотел играть на гитаре. Но тут уже родители настояли, сказали, что ты уже будь любезен, делай, что хочешь дальше, а школу закончи и получи бумажку, может быть, она тебе пригодится. И она, в общем-то, пригодилась. Так что это были не очень-то радостные дни, во время обучения в музыкальной школе.

Хотелось бы найти свое лицо в этом гитарном мире

- Известно, что существуют разные гитарные школы, например, за рубежом очень развиты некоторые течения. Не могли бы вы сказать, к какой гитарной школе Вы себя относите, или у вас свой стиль игры? Может быть, Вы на кого-то ориентируетесь из отечественных или зарубежных гитаристов?

- Естественно, я переиграл массу того, что уже называется классикой рока. Начинали мы вообще с «The Beatles», потом уже появились более тяжелые группы, как тот же «Cream», потом уже «Deep Purple», потом «Led Zeppelin» и т.д. Вот это все было пройдено, переиграно в каких-то танцевальных коллективах, на танцах, на сейшенах. Но потом все равно была группа, которая играла свою музыку. Мы все склонялись к тому, что надо играть свое что-то, а не копировать кавер-версии. Это была очень хорошая школа, но ориентированная на гитаристов. Естественно, это были все те же звезды. В начале - «The Beatles». Это сейчас смешно, а тогда казалось, что то, что они делают - это ужасно круто. Я тогда снимал эти соло с трудом. Ну а потом уже появились такие гитаристы, как Ричи Блэкмор (Ritchie Blackmore), Эдди Ван Хален (Van Halen), Джефф Бек (Beck Jeff), и уже заканчивая новой плеядой, это Джо Сатриани (Joe Satriani), Стив Вай, ну и масса других гитаристов. Мне, конечно, интересно их творчество. Но я стараюсь не «снимать», не цитировать их и не вставлять какие-то их куски, а просто перенимать некоторые технические приемы. Хотелось бы действительно найти свое лицо в этом гитарном мире. Надеюсь, что у меня что-то получается. Всегда можно сказать, что похоже на то, похоже на это, что-то новое тяжело придумать. Но, тем не менее, многие находят сходство со Стивом Ваем. Почему? Мне лично кажется, что нет ничего общего. Всегда надо приносить что-то свое и в каких-то альбомах это получилось. Однако судить, не мне, а людям, которые слушают эту музыку. Музыкальная критика в идеале, это когда человек, рассуждающий о музыке, знает о ней очень много и имеет хотя бы минимальное музыкальное образование. А о рок-музыке зачастую писали дилетанты. Они слушали какую-то музыку, но сами были далеки от музыкальной грамотности. Они в музыкальной тусовке, и они пишут.

- Все мыслят в основном критериями «нравится или не нравится».

- Да, а нравится зачастую то, что легче «догнать».

- Вы согласны с тем утверждением, что рок-музыка и метал-музыка вышли из классики?

- Частично да. Рок-музыка часто использовала классическую гармонию. Хотя бы то, что играл И?нгви Ма?льмстин (Yngwie Malmsteen), включало в себя классические гармонии. Часто те же «Deep Purple» играли обработки классической музыки. Блэкмор говорил, что он слушает много классики и воспитан на ней. В поп-музыке все должно быстро садиться «на ухо», доходчиво, чтобы ничего не надо было разжевывать. Можно использовать несколько слов, чтобы человек легче запоминал песню. Когда человек не может что-то спеть, тогда начинаются проблемы.

- А вы берете что-то из классики, когда пишете музыку?

- Я наоборот хочу от этого отойти. Потому что многие этим занимаются, например Зинчук. Я как-то хотел одну прелюдию Баха сделать в такой тепинговой гитарной технике, но потом подумал, зачем это? Надо писать свое.

- А в России кого бы вы могли назвать хорошими музыкантами, музыкантами с большой буквы?

- Тех, кто играет на гитаре?

- И тех, кто играет на гитаре, и тех, кто поет. Мы не берем «Алису», это высокопрофессиональная группа, и музыканты подобраны великолепно.

- Мне, например, очень нравится то, что делает Ваня Смирнов на гитаре. То, что он играет на акустике очень интересно композиционно, и я считаю, что этот гениальный человек очень здорово это делает. Та музыка, которую он играет, мне нравится. Хотя, честно говоря, я мало слышал наших исполнителей, потому что инструментальную музыку редко кто играет. Много хороших гитаристов играет в группах, но, слушая их там, трудно судить, может ли он создавать что-то свое.

- Зарубежная музыка более близка?

- Да. Тут, по крайней мере, ты знаешь людей и понимаешь, что от них можно ожидать.

- Душа лежит больше к року или к металлу?

- Мне нравятся такие группы, как «Korn» или «Clawfinger», потому что у них есть очень интересные музыкальные и технические находки.

- А вы были на «Clawfinger», во время их последнего визита в Россию?

- Я был в Питере, когда там весь зал встал на уши. Мне понравилось, как они работают. Это было лет 5 или 6 назад, в их первый приезд.

- Сегодня идет мода на рок-оперы. Как Вы относитесь к этому жанру?

- По мне, так вообще времена рок-оперы прошли. Все же идет по кругу у нас, даже по спирали. Рок-оперы, такие как «Томми» («The Who») и «Иисус Христос - суперзвезда» были, конечно, откровением. Для меня «Томми» была интереснее, чем «Иисус Христос». Я знал перевод, и не просто слушал музыку, но еще и понимал, о чем это произведение. Позже я сам играл достаточно много сложной музыки, композиционной, в стиле арт-рок. У нас была даже такая трилогия, которая длилась час, накрученная, со сложными размерами. Это были времена, когда «Yes» еще находились в фаворе. А потом, как мне кажется, эта форма потерялась. И потом, ее сделать вживую, на сцене, достаточно тяжело.

- Вы бы приняли предложение, если бы вас пригласили участвовать в подобном проекте?

- Почему нет, это всегда интересно, и дает какой-то опыт. У меня, кстати, есть композиция «Африканский тушкан или шанхайский барс» (альбом «Зоофилические фантазии»), в ней есть некое влияние арт-рока, потому что она наворочена композиционно.

- С кем из музыкантов вы хотели бы сыграть на одной сцене?

- Мне было бы интересно, сыграть, конечно, с музыкантами Стива Вая или Джо Сатриани. У них они, конечно, тоже меняются, но это настоящие мастера, которые хорошо знают музыку и классно могут ее играть.

- А нет идей это воплотить?

- Я, честно говоря, об этом даже не задумывался, и старался здесь находить музыкантов, которые меня устраивали бы по уровню.

Мы - одна семья

- Кстати, как вас приняли в «Алисе»? Насколько тяжело вы в нее вписались или наоборот, легко. С точки зрения музыки и с точки зрения фанатов. Пролистав форум «Алисы» было заметно, что вначале Вас приняли довольно жестко.

- Да, было. Костя сказал на первом концерте: «Игорь, там разные фанаты, могут начать в тебя плевать и т.д. Если что, то я остановлю концерт, останусь один и пусть попробуют плевать в меня». Но этого не было.

- Быстро вы в музыкальном плане вписались в «Алису»?

- Быстро. Тяжело было за месяц сделать 35 песен и не только их играть, но и творить какое-то шоу на сцене. Мы пришли в декабре, а в январе был уже первый концерт.

- Как справлялись с фанатской «любовью» в первое время?

- Кому-то нравится, кому-то не нравится, да и вообще все успокоилось уже после первого концерта. Потом уже не было таких лозунгов, верните этого, верните того.

- Ваш творческий путь был разнообразным. В начале «Земляне», «Союз», сейчас «Алиса». «Алиса» - последняя точка, как вы думаете?

- Я думаю, последняя. Я не знаю, куда еще? Мне все нравится в коллективе, мне нравятся отношения, которые у нас есть. Это, скажем так, некие семейные отношения. Мы - одна семья. Кроме того, мне хватает времени еще заниматься и своим творчеством.

- Получается, немаловажно, то, что есть возможность заниматься своим творчеством?

- Конечно, это немаловажно. Мы не играем по 30-50 концертов в месяц, когда к музыке уже вырабатывается отвращение, и уже ничего не хочется. Я еще удивляюсь, как мы с «Землянами» и «Союзом» играли по 3, по 4 концерта в день. Это уже превращалось в некое ремесленничество. Когда нет этого чёса, ты лучше настраиваешься на концерт и играешь с большим отрывом.

- И никакого недопонимания в группе? Просто бытует мнение, что Константин Евгеньевич очень тоталитарен и ревностно ко всему относится?

- Нет, ну естественно, он человек творческий и за ним всегда последнее слово. Это да.

- Нет, по поводу свободного творчества...

- Ну, как свободного творчества. Я, например, записал соло, он говорит, что нет, Игорь, мне это не очень нравится, давай придумаем другое. И я с этим соглашаюсь, а то, что было придумано, но не понравилось Косте, я всегда могу использовать в сольных работах. В этом смысле я спокоен.

- Многим бывает тяжело работать еще и потому, что есть несовпадение взглядов с лидером группы, и даже не в музыке, а по жизни, если так можно выразится. Это же не секрет, опять-таки, что у Константина Кинчева творчество и жизнь тесно взаимосвязаны. И для того, чтобы играть, надо либо разделять все это каким-то образом, либо к нему относиться как-то отстраненно.

- Да надо относиться совершенно спокойно. Это профессиональный человек и это лидер группы. Какие-то предложения ты можешь делать, и он часто к ним прислушивается. Но если у него есть свои пожелания, то их выполнить не так сложно. Я считаю лишним биться за каждую нотку.

- На сцене часто есть место импровизации?

- Да нет, фактически все готовое. Даже в джазе, где считается, что музыканты играют все время импровизации, очень часто играются заготовки. Импровизация, это когда есть какой-то кайф, заводка на сцене, тогда они импровизируют, а так зачастую играется готовое соло.

Музыкантов хорошего уровня достаточно много

- Нет ли у Вас желания не мастер-классы периодически давать, а заниматься преподавательской деятельностью?

- Да нет, это не благодарная работа. Я преподавал, когда еще учился в училище. У нас в Питере есть вечернее музыкальное училище для взрослых, я там год поработал. А сейчас немножко не до этого, мне уже жалко времени. Может быть, позже… Хотя ко мене многие ребята просятся в ученики.

- Понятно. С другой стороны, было бы интересно, если бы появилась подобная профессиональная школа.

- Мы хотели в 90-е сделать нормальный колледж, как на Западе, где преподают известные играющие музыканты.

- А здесь это заглохло?

- Я пытался что-то делать. Но было сложно поставить это на нормальный практический уровень, начиная с аренды помещения и заканчивая платой за учебу. Из подобных музыкальных школ на Западе выходят готовые музыканты, которые могут играть в любой группе и мы хотели сделать нечто подобное, но...

- Как вы думаете, есть ли сейчас в России замена старым профессиональным музыкальным коллективам? Может ли быть вообще замена этим группам, по профессионализму и по качеству?

- Мне кажется, да, потому что музыкантов хорошего уровня, слава Богу, уже достаточно много. Единственно, что тут важно, есть ли какая-то идея. Не просто ты хорошо играешь, а можешь ли ты писать собственную музыку, имеешь ли новые музыкальные идеи. То есть, быть творческой единицей, к тому, что ты уже профессиональный музыкант.

Беседовала Алексеева Наталья (ofmusic.ru)

© Константин Кинчев. При использовании материалов ссылка на www.alisa.net обязательна.