ИНФОРМАЦИЯДИСКОГРАФИЯ ФОТОАЛЬБОМ ИСТОРИЯ ПРЕССА АРМИЯ АЛИСА ВПЕЧАТЛЕНИЯ ФОРУМ ВОПРОСЫ БЕСЕДКА
|2013 |2012 |2008 |2007 |2006 |2005 |2004 |2003 |2002 |2001 |2000|

Кто ты такой.

Кто ты такой? Ответить трудно...
Ты спишь как все, и ходишь лишь на двух ногах.
Нас ночь свела, как так и нужно.
Но нынче сон в твоих глазах.
(23.02.02. около 2-3 ночи)

Каждому человеку в своей жизни приходится преодолевать определенные расстояния. Так, если бы мы всё время перемещались только с помощью своих двух ног, то с определённой долей вероятности могли бы в один прекрасный день, направившись в сторону горизонта и, сумев преодолеть все преграды, будь это безлюдные пустыни или дремучие леса, маленькие спокойные ручьи или бушующие бездонные океаны, вернуться к началу своего пути. Но в наш век складывается всё намного проще и прозаичней. К нашим услугам предоставлены и мерно стучащие своими колесами поезда, и быстро набирающие высоту самолёты, и плавно покачивающиеся корабли. Но мой рассказ не о поездах, и не о самолётах, а об обычном автобусе, следующем совсем не вокруг земли, а всего лишь из одного города в другой. Итак, я начинаю свой рассказ.

Вечер, предшествующий описываемым событиям, складывался как нельзя хорошо. Единственное, что меня огорчало, это расставание. Расставание с Машкой, связавшей красный шарф, и укутавшей меня в него. Расставание с Маринкой-Птицей, для которой красный шарф стал, как говорили во времена, ракетой летящие вперёд, переходящим красным знаменем, но на Птице шарф смотрелся куда элегантней. А также расставание с Ленчик и Наташей, с городом Харьковом, с "Армией", сделавшей концерт 22 февраля одним из лучших в Украине. Лишь с "Алисой" я расставался на один день. 23-го нас ждал Донецк. и нужно было преодолеть ещё более трёхсот километров, чтобы снова встретиться и сказать: "Мы вместе!" Попрощавшись с харьковскими друзьями у метро, я начал свой путь. Земля уходила из-под ног, точного времени отправления автобуса я не знал, поэтому не шёл, а летел к автовокзалу, замечая на стенах иногда появляющиеся афиши, гласившие о приезде гурту "Алiса" с программой "Все це рок-н-ролл". Но эти афиши меня уже не интересовали, потому... Потому, что завтра будут новые и вновь будет концерт.

Около полуночи. До автовокзала 200 шагов, и каждый шаг становится шире, а расстояние меньше и меньше. В голове вертится "Шаг за шагом", и - я знаю - опоздать невозможно.

Почти полночь. Выход на платформу. Да, я успел. Вхожу в салон и, в надежде найти знакомых, оглядываю поверх кресел пространство полупустого автобуса. Нет... Я один. Поудобнее располагаюсь в одном из кресел. Соседнее пустует, значит, получится поспать. Спустя три минуты автобус зарычал и отправился в ночь, увозя и меня с собой. Ночные окна освещают мне путь, но все же тают в ночи, и город остаётся позади. А впереди Чугуев, Изюм, Славянск, Артёмовск, Горловка и как эпилог - Донецк. А сейчас - спать. Шины шелестят, гул мотора то усиливается, то практически полностью исчезает, убаюкивая меня или заставляя проснуться. Вот уже и Чугуев миновали. Проспать Донецк невозможно, это конечная цель не только для меня, но и для всех пассажиров. Спать бы да спать. Нет, поднимаюсь, смотрю на названия деревень и не пытаюсь их запомнить. В памяти прокручиваются моменты ушедшего дня. Встречи, знакомства, беседы у служебного входа, прогулка по Харькову в ожидании концерта. Сам концерт. Прощание возле метро. И я опять оказываюсь в автобусе и приветствую, через ночную мглу, проплывающие мимо безымянные деревушки.

Около двух часов ночи (я не ношу часы) автобус в очередной раз замедлил ход. Прижался к обочине и остановился. Впереди стоял еще один представитель этих тяжеловозов, созданных для блага Человека, и моего в частности. Водитель вышел в ночь, но через пару мгновений вернулся.

- Щас, - было его первыми словами, обращёнными к стюардессе, - попутчиков до Донецка возьмем, у них автобус поломался, и поедем.

Я люблю наблюдать за людьми. Поэтому с любопытством смотрел, кто же окажется моими ночными спутниками. Первым вошел крепкий, невысокого роста седовласый мужчина. Разряд, сначала небольшой силы, проскочил от одного виска к другому, заставляя проснуться, затем, усилившись стократно, разряд пролетел обратно, полностью пробудив меня от сна. За седовласым шел бородач. Разряд разорвался на миллион мелких и разлился по всему телу. Да, с попутчиками мне повезло, но им явно не повезло с автобусом. За невысоким крепышом и бородачом, то есть за Кинчевым и Шаталиным в автобус поднимались Лёвин, Самойлов. Не дожидаясь оставшихся музыкантов, я вышел на улицу с желанием помочь, но все было уже перенесено и погружено в багажное отделение. Пока организатор, единственный из попутчиков, чьего имени я не знал, созванивался с Киевом и Донецком, я открыл свою дорожную сумку. В боковом кармане по обыкновению лежала любимая черно-красная ручка. Со дна сумки выуживаю кассету "АлисА. Архив 1985, том 1". Раритет в какой-то мере. И возвращаюсь обратно в автобус. Во второй раз за поездку осматриваюсь в еле освещённом салоне, но уже не в поиске знакомых, а изучая месторасположения ночного явления под названием "АлисА". Слева, через проход от меня, расположился Батогов. Впереди от него, тоже один на двух сиденьях - Кинчев. Непосредственно передо мной, теперь уже через проход от Кинчева, - "организатор". Из-за спинки моего сидения доносится негромкий разговор Петр Сергеевича и Левина

- Давно стоите? - спросил я у Кинчева, перед тем как сесть в свое кресло.
- Да час где-то.

Запас моих вопросов иссяк, да и не хотелось быть навязчивым в столь поздний час. Но оставалось не сделанным то, что в другой ситуации я бы и не подумал сделать.

- А Вы не могли бы расписаться? - спрашиваю в полголоса и, услышав: "Да. Пожалуйста", - протягиваю вкладыш от своего "раритета". Сказав спасибо, добираюсь до своего места. Спать не хочется. Между Левиным и Самойловым вновь возобновляется беседа, и я, как потерявшийся в лесу следует на голос, обернулся назад и попросил Петра Сергеевича расписаться, теперь уже не просто на вкладыше от раритетной кассеты, а на ставшем раритетным вкладыше.
- Автограф? - спросил Самойлов, взяв вкладыш в руки.
- Нет. Просто распишитесь, пожалуйста. Вы там тоже играете.
И опять та же чёрно-красная ручка оставляет след на бумаге. Поблагодарив музыканта, пытаюсь поудобнее расположиться в кресле. И, как шпион, наблюдаю за впереди и рядом сидящими. Их немного - Кинчев, находящийся в поле оптимального обзора, Батогов в профиль, но уже с закрытыми глазами, и пресловутый "организатор", продолжающий эксплуатировать свой мобильный телефон. Благо, в проходе появилась девушка-стюардесса, и поинтересовавшись: "Кто у вас тут самый главный? Кто проезд оплачивать будет?", лёгким жестом руки очнувшегося ото сна Батогова была направлена к уже успевшему разбудить своими звонками как минимум пол-Украины и треть России "организатору". Да... Интересно, а если бы ни у кого при себе не оказалось денег, музыкантов высадили бы в ближайшем городе или просто во чистом поле? Но это мне узнать не довелось, так как "самый главный", тяжело вздохнув, достал портмоне из кармана и ушел к экипажу рассчитываться. В радиусе слышимости наступил покой. Кинчев, пользуясь тем, что его сосед по ряду ушел рассчитываться, положил свою верхнюю одежду под голову, а ноги перекинул на освободившиеся места и пытался уснуть. Но не тут-то было. Стюардесса, решив проявить заботу о пассажирах, приближалась к нам, предлагая чай, кофе. Но вдруг на её пути оказались чьи-то ноги (всё-таки она не знала Кинчева и, наверное, никогда не слышала об "Алисе"). Ноги спящего Человека мешали ей заниматься своими обязанностями и она, легко толкнув Кинчева, попросила, пока спокойно, убрать ноги из прохода. Промедления не последовало, и ноги вернулись на своё сиденье. Не знаю, расстроило ли это девушку, но упоминание о чае и кофе в три часа ночи разбудило всех пассажиров, но предложение принято кем-либо не было. Я, пожалуй, единственный, кто мог бы принять какой-нибудь тонизирующий напиток, дабы не уснуть, но желание шпионить всю ночь за спящими людьми исчезло. Просто мне, как и музыкантам, хотелось немножечко отдохнуть.

Спустя некоторое время, после неудавшегося предложения стюардессы Кинчев опять попытался расположиться получше и опять занял проход. И опять ненадолго. В этот раз по салону шёл полусонный второй водитель. Услышав сквозь сон его шаги, я успел потеребить Кинчева, и водитель, даже не подозревая того, что несколько мгновений назад на его пути было препятствие, и не сбрасывая скорости, как флагманский крейсер проплыл мимо нас, чтобы больше не вернуться. Сзади донеслось похрапывание, а я подумал, что неплохо бы и самому подремать. Но только я закрыл глаза, как автобус в очередной раз остановился. Виновником остановки был светофор. Вспомнилась загадка из детства: "Какой город на земле самый сладкий?". Абсолютно верно - Изюм. Похрапывание на заднем сидении исчезло, и дружный дуэт Самойлов-Левин, как и полагается дуэту, в один голос провозгласил: "Автовокзал!"

Остановка - чуть длиннее сигареты - и снова в путь. После взбудораживающей ночной прохлады в тепле автобуса ещё больше клонит в сон. Да и не одного меня. Кинчев, в поисках сна, опять перегораживает проход. Но снова не надолго. Кому-то хочется в туалет, кому-то интересно, что за город проехали, а у кого-то работа ходить всю ночь по автобусу и предлагать чай, кофе и бутерброды. Смешно, но когда весь люд начнет просыпаться, и кто-то всё же захочет позавтракать, стюардесса будет мирно спать. Но это будет потом, а сейчас она просто удивлена поведением и непониманием пассажира по фамилии Кинчев, мешающего ей работать.

- Мужчина! Уберите ноги! Сколько можно говорить!
М-да... Женщинам отказывать нельзя... Но спать-то хочется. Поэтому эпопея с барикадированием прохода продолжается до следующего города.

Любопытства ради замечу, что во время всех остановок, не дожидаясь просьб, Кинчев сам поднимался, поглядывал в окошко, и, естественно, ни кому не мешал свободно перемещаться по проходу в любом направлении.

Славянск. Пожилой мужчина, едущий к дочке и внучке, и, оповестивший об этом всех пассажиров начинающего останавливаться автобуса, не справился с силой инерции, а может, так велико было желание поскорее добраться к своей родне, что, набирая скорость, чуть было не сломал ноги Кинчева... Хотя заметил ли он вообще музыканта, который с кошачьей ловкостью в последний момент успел избежать неминуемой беды, останется навсегда загадкой.

Артёмовск. Сон исчез. Все в ожидании утра и Донецка.
Горловка. Слышу оживление на задних сиденьях.
- Макеевка! Я здесь в командировке был, когда в армии служил, - говорит Левин.
- Да? А до Донецка далеко? - спрашивает Самойлов. На что Левин со знанием отвечает: "Да близко... У них-то и границы толком нет".
- Казино... ресторан... машину в казино разыгрывают, - опять слышны разговоры с заднего сидения, и так до самого выезда из Горловки. Всё-таки давно Левин служил в армии. На выезде Самойлов заметил дорожный знак с зачеркнутым, но настоящим названием города.
- А ты говорил, что это Макеевка, - Левина вопрос явно не смутил, и в ответ прозвучало:
- Горловка - это в принципе та же Макеевка.

Организатор, вдоволь наговорившийся с водителем, сообщил музыкантам, что минут через двадцать приезжаем в Донецк. И что-то ещё прошептал Кинчеву и Батогову.

Почти перед въездом в город автобус остановился. Кинчев взял свой скромный багаж и вместе с администратором группы умчался в ночь по направлению к Донецку на ждавшей их легковушке. А жаль. Вопросы, не заданные ночью, так и остались не заданными.

Вот и Донецк. Лениво мигают светофоры. А позади вновь разгорается негромкий разговор, но к нему присоединяются и ранее молчавшие пассажиры-музыканты.

- У меня в Донецке чувиха знакомая живет. В армии дружил, - имел неосторожность сказать Левин.
- Гёр-р-рл! - то ли вопросительно, а то ли восторженно, вторил ему не только рядом сидящий Петр Сергеевич, но и остальные музыканты.
- Да нет... Просто чувиха... Знакомая... Эх, если на концерт придёт, узнает...
Была ли знакомая на концерте? Не знаю. И куда увёз автобус музыкантов, когда все пассажиры покинули его и разбрелись по своим делам и домам, тоже не знаю.

Но знаю точно, что, несмотря на бессонную ночь, благо, не нервную, концерт прошёл на радость всем пришедшим и приехавшим. За что огромное человеческое спасибо всему коллективу группы. И ещё спасибо тем, кто по долгу своей службы тоже не спал той ночью, и, сидя за рулём автобуса, дал возможность состояться донецкому концерту... Без опоздания!

Будьте Здоровы!!!

Доктор

© Константин Кинчев. При использовании материалов ссылка на www.alisa.net обязательна.